Ваш логин:
Ваш пароль:

Регистрация
запомнить меня
Забыли пароль?
На главную
Обратная связь
Карта сайта
От редактора Хроника COMSTAR Новости рынка Индекс
ЭВОЛЮЦИЯ >> ГЕНИЙ «КРАСНОГО ОРКЕСТРА»

Жизнь Леопольда Треппера представляет собой череду событий, о которых можно сказать: такого не может быть никогда!

Разведка любой страны — тайна за семью печатями. Имена «бойцов невидимого фронта» если и узнают, то спустя много лет. После того как операции, в которых они участвовали, перестают быть актуальными. И тогда приходится удивляться не только мужеству этих людей, но и всегда необыкновенным, зачастую драматичным, а нередко — фантастическим поворотам их судьбы. Разведчику Леопольду Трепперу, организатору знаменитой «Красной капеллы», всего этого было отмерено полной мерой...

В своей книге воспоминаний «Большая игра» Треппер писал, что его бурная молодость уже предполагала жизнь, «полную неожиданностей». Леопольд родился в 1904 году в небольшом городке Новы-Таг (Австро-Венгрия) в семье бедного еврея-коммивояжера. Ему не было тридцати, когда он оказался в столице советской России, сменив перед этим три страны проживания: Польшу, Палестину и Францию. Причиной этих всегда «недобровольных» перемещений являлась его активная революционная деятельность. В 1921 году в Москве было организовано высшее учебное заведение с труднопроизносимой аббревиатурой — КУНМЗ (Коммунистический университет национальных меньшинств Запада). В нем готовили комсомольских, партийных и профсоюзных работников различных национальностей, проживающих на территории СССР и за рубежом. Треппер стал слушателем зарубежного отделения, в 1936 году окончил его и получил предложение работать в Управлении разведывательной службы Красной Армии. По заданию Коминтерна он был командирован во Францию для выполнения сложного задания — ему поручили установить, кто провалил агентурную сеть Москвы в Париже. Оказалось, Треппер обладает незаурядными способностями детектива: в кратчайшие сроки он виртуозно вычислил настоящего провокатора.

К тому времени стало очевидно, что война с Германией — дело времени. Поэтому Союзу на Западе была нужна хорошо законспирированная разведывательная сеть. Создание новой организации поручили начальнику Управления разведывательной службы Яну Берзину. Он обратил внимание на энергичного, с большим опытом партийной работы зарубежного товарища. И не ошибся в своем выборе. Треппер, никогда не учившийся разведывательному делу, оказался настоящим гением разведки, его предложения по структуре и действиям организации были настолько продуманны, что профессионал Берзин засомневался только в одном — в решении вопросов финансирования. Треппер просил мизерную для такого начинания сумму — 10 000 долларов для легализации в одной из скандинавских стран под видом коммерсанта. Как человек, хорошо знакомый с проблемой, Берзин знал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Тем более что негативного опыта сотрудничества с западными коммунистами, желающими помочь молодому советскому государству, было предостаточно. Примером тому может служить американский предприниматель и коммунист Арманд Хаммер. Безусловно, его банковская и предпринимательская деятельность в какой-то период были нужны молодой советской республике, но действовал он далеко не бескорыстно. Уезжая из России, Хаммер вывез коллекцию произведений искусства, собранную здесь: старинные иконы, картины, церковную утварь из драгоценных металлов и даже печать знаменитого Фаберже, которая потом, по мнению искусствоведов, не раз использовалась для подделок. Но Трепперу все-таки удалось убедить Берзина, что самофинансирование — это единственная возможность существования для разведывательной сети, так как получать деньги на ее деятельность из Москвы в военное время нереально. Так в 1938 году в Брюсселе появился уроженец Канады предприниматель Адам Миклер. Он стал компаньоном Лео Гроссфельда, владельца фирмы «Король каучука». Новоявленный бизнесмен быстро пошел в гору и значительно расширил дело, открыв филиалы «Симэкс» в Германии, Италии и Франции. К началу войны с Россией фирма имела прибыль $1,6 млн. Это была крыша для легендарной разведывательной сети, которая впоследствии стала известна под названием «Красная капелла».

Почти всемирная паутина

«Красной капеллой» в литературе неточно называют разведывательную организацию «Красный оркестр». Так в 1941 году ее именовали гитлеровские спецслужбы: на их профессиональном языке радист был «пианистом», лидер — «дирижером», сама разведсеть — Kapelle (в пер. с нем. — «оркестр»). А тогда еще неизвестного им руководителя сети они назвали «Большим шефом». Центры разведсети находились в Чехословакии, Великобритании, Греции, Австрии, Турции и Югославии. Организация насчитывала более 600 человек. Такой географии и численности не было ни у одной разведки союзников.

Первые аккорды

По плану Берзина, время, оставшееся до начала военных действий, Треппер должен был посвятить поиску агентов, осведомителей и налаживанию связей. Он не только блестяще справился с этой задачей, но и значительно перевыполнил программу, посылая очень важные сведения. «Пианисты» Треппера отправляли шифровки о строительных и фортификационных работах на оккупированных территориях, возводящихся на германо-советской границе укреплениях, перемещениях немецких войск, даже о заказах на оружие и боеприпасы, сроках их изготовления и пунктах отправки. Все говорило о том, что Германия готовится к походу на восток. Однако советское правительство не верило этим сообщениям. У людей Треппера не хватало профессиональных радистов и техников, передатчиков дальнего радиуса действия, им приходилось собирать их самим. Но гораздо хуже было то, что долгое время не менялись волны, на которых работали радисты, и шифры.

Высший гриф секретности

Гитлеровцы были потрясены, обнаружив, что после начала войны с Россией буквально вся Европа взорвалась позывными подпольных радиостанций. Первый раз неизвестные позывные в эфире немецкая радиоразведка услышала 26 июля 1941 года. А за два месяца было зафиксировано 250 подпольных радиосообщений из Франции, Бельгии, Нидерландов и даже из Берлина. Произведенные расчеты показали, что принимали шифровки в районе Москвы. Немецкие спецслужбы как могли оттягивали доклад Гитлеру о невероятных событиях. А когда рапорт абвера (службы военной разведки и контрразведки) все-таки был отправлен руководству рейха, Вильгельму Канарису, начальнику абвера, пришлось признать в нем: «Весь опыт нашей работы в данном расследовании не пригодился. Русские блестяще организовали работу сети». По свидетельству шефа политической разведки Вальтера Шелленберга, который в своих мемуарах подробно описал дело «Красного оркестра», гнев фюрера после получения этого сообщения был страшен. Гитлер созвал специальное совещание руководства РСХА, делу «Красной капеллы» был придан один из высших грифов секретности — «Секретное дело командования». В этой ситуации единственный раз за историю рейха постоянно конкурирующие друг с другом спецслужбы проявили солидарность, объединив свои усилия по раскрытию и ликвидации разведывательной сети. Под руководством Карла Гиринга, признанного аса разведки, была создана зондеркоманда, в которую вошли опытные работники абвера, гестапо и секретной службы.

Юность разведчика
Уже в 19 лет Леопольд Треппер попал в «черный список» за то, что принимал участие в восстании краковских рабочих. Был членом сионистской организации «Гехалуц», которую организовал Ицхак Бен-Цви, будущий второй президент Израиля. Товарищи помогли ему эмигрировать в Палестину. Жизнь на исторической родине оказалась нелегкой: особенно тяжело пришлось на осушке болот, где не хватало продовольствия, питьевой воды, свирепствовала малярия. В Палестине молодой эмигрант сблизился с коммунистами и создал организацию «Единство» для борьбы «с произволом предпринимателей». Под «предпринимателями» подразумевались англичане. Но организация Треппера не успела развернуть широкой борьбы — лидера «Единства» отправили за решетку, в тюрьму строгого режима в Хайфе. Ему грозила депортация, поэтому Треппер начал голодовку протеста. Сведения об этом просочились в прессу, и власти были вынуждены его освободить, но обязали покинуть страну. Тогда Леопольд отправился во Францию, где друг юности Альтер Штром помог ему устроиться корреспондентом в печатные издания коммунистической партии Франции. Но и в этой стране не удалось задержаться надолго. Чтобы избежать провокаций, руководство французской компартии рекомендовало своим членам на время покинуть государство или, по крайней мере, Париж. Трепперу, например, было предложено поехать в Москву учиться. Так он оказался в Советском Союзе.

Отдел Z

Самое активное участие в операции приняла радиоразведка. Эфир прослушивался круглосуточно, по улицам городов постоянно патрулировали машины, оборудованные новейшими радиопеленгаторами. Записывались сотни метров пленки с зашифрованными сообщениями. Но они были «немыми», потому что немцы не знали шифра. Задача взломать его возлагалась на отдел Z, занимавшийся проблемами электронного шпионажа. Отдел был организован еще в 1938 году при министерстве внутренних дел Германии Йоахимом фон Риббентропом, который верно предположил, что мировая война будет не только войной вооружения, но и битвой новейшей радиотехники. Новое подразделение объединило группы математиков и лингвистов, отборных специалистов, которым удалось взломать шифры 34 государств, в том числе несколько британских, французский дипломатический код и два сложных японских машинных шифра, которые оказались не по зубам американским криптоаналитикам. Но взломать советские шифры немцы долгое время не могли. Им помог случай. Когда удалось арестовать первого радиста «Красной капеллы», в камине дома нашли обгоревший листок бумаги, на котором можно было прочитать слово «проктор». Немецкие специалисты предположили, что оно взято из какой-то книги. Радиста изуверски пытали, но он так и не сказал ее названия. Зато консьержка дома, где находилась подпольная рация, вспомнила название нескольких книг, которые она видела у жильца. Десятки людей искали эти книги в крупнейших библиотеках европейских столиц. Нужную книгу нашли. Это был научно-фантастический роман французского писателя Ги де Терамона «Чудо профессора Вальмара», где был герой с именем Проктор. Вскоре шифр был разгадан.

Они не были коммунистами

И тогда Гирингу и его подручным пришлось пережить еще одно потрясение. Из расшифрованных донесений стало ясно, что разведчики владеют самой секретной информацией. Например, планами верховного командования, предусматривавшими боевые действия немецких войск в направлении нефтеносных районов Кавказа, расчетами запасов топлива для авиации и т.д. Было очевидно, что такие данные могли предоставить только очень компетентные люди. Вычислить их оказалось несложно, потому что в шифровках указывались адреса явок и пароли. Так были обнаружены и арестованы полковник Бекер (ведущий специалист в области конструирования бомбардировщиков и истребителей), Арвид Харнак (руководящий сотрудник по планированию использования сырьевых ресурсов), фон Шелиг (ведущий специалист министерства иностранных дел) и многие другие. И самым неприятным являлось то, что это были не коммунисты, а граждане великой Германии, соотечественники. Разные люди, с разными политическими взглядами объединились в стремлении внести свой вклад в разгром национал-социализма. По приказу Гитлера их всех казнили особо жестокими способами.

Сказанному — не верить!

Треппер понимал, что рано или поздно его тоже арестуют. Допустить этого было нельзя, так как он должен был координировать работу оставшихся товарищей. Разведчик решил выбыть из игры необычным способом — «умереть». Была сфабрикована справка о смерти Жана Жильбера (под этим именем он жил в Париже), и даже приготовлено место на кладбище для фальшивой могилы. Но, как это часто бывает, подвел случай. У Треппера разболелись зубы, и он пошел к дантисту. Там его ждала засада. Квартирная хозяйка, не ведая, что творит, ответила какому-то приветливому господину, что ее жилец отправился с визитом к зубному врачу.

Арвид Харнак, как и другие граждане Германии, был казнен
по приказу Гитлера особо жестоким способом за борьбу
с фашизмом

С этого момента жизнь Треппера представляет собой череду событий, о которых можно сказать: такого не может быть никогда! После ареста ему предложили начать радиоигру, целью которой было испортить отношения СССР с союзниками. В противном случае Гиринг обещал найти возможность довести до Москвы, что Большой шеф — предатель. Но не только это заставило Треппера согласиться на предложенные условия. Он понимал, что патологически подозрительному советскому руководству будет достаточно малейшего намека на тайные переговоры союзников с Германией для того, чтобы разрушить антигитлеровскую коалицию. А это вполне могло изменить исход войны. И он согласился, но с условием, что игра будет вестись по его правилам, с использованием его шифров и каналов связи. В первой же шифровке он послал условный сигнал провала. С этого момента гитлеровцы могли передавать любую дезинформацию — в центре знали, что это вымысел. Следующим шагом была встреча со связником, ведь Леопольд должен был предупредить центр, что сеть провалена, а некоторые «пианисты» работают под контролем немцев. И это ему разрешили, так как Гиринг рассчитывал организовать за ним слежку и таким образом выйти на французское коммунистическое подполье. Но на якобы условленную встречу никто не пришел, потому что появление Треппера в определенном месте было знаком для французских товарищей, что он арестован, но ведет какую-то игру. Следующая выдумка разведчика заключалась в том, что существуют незнакомые ему люди, которые фиксируют его посещение определенных кафе, магазинов, кинотеатров. Его отсутствие в этих местах якобы означало провал, а присутствие, естественно, не предполагало конвоя. В один из таких вояжей Треппер сбежал. Верховному руководству Вермахта об этом не доложили, и Гитлер так никогда и не узнал о том, что Большой шеф переиграл его лучших разведчиков. Военные специалисты единодушны в своем мнении: радиоигры, подобной той, которую сумел провести Треппер, в истории радиоразведки не было.

Без вести пропавший

В Европе, охваченной войной, Треппер вполне мог «потеряться». Но когда из Москвы поступила радиограмма, предписывающая ему прибыть в столицу, он подчинился, хотя понимал, что на благодарность советского руководства рассчитывать не следует. Но то, что его ожидало на Лубянке, даже не питавший никаких иллюзий разведчик предположить не мог. Предъявленные ему обвинения звучали неправдоподобно. Оказывается, претензии к Трепперу имелись еще с довоенного времени: связь с врагом народа Яном Берзиным (расстрелян в 1938 году), желание обогатиться за счет советского государства (припомнили «стартовый капитал» на организацию фирмы в Брюсселе). За годы войны прибавилась еще и шпионская деятельность против СССР в пользу Германии. Следствие длилось два с лишним года. Треппер не признал ни одного из предъявленных ему обвинений. 19 июня 1947 года как предателя и германского шпиона руководителя «Красной капеллы» приговорили к десяти годам тюремного заключения. Треппер не раз уходил от смертельной опасности. И можно сказать, что судьба в очередной раз скупо «улыбнулась» этому мужественному человеку: его не расстреляли, как многих советских разведчиков, работавших на оккупированной территории, не оставили в плену у противников, как это случилось с Рихардом Зорге. Более того, вместо положенных по приговору десяти он отсидел «всего» девять лет и семь месяцев — его полностью реабилитировали после смерти Сталина.

Освобождение

После всего пережитого Треппер категорически отказался остаться в Союзе, хотя ему предлагали работу и достойную пенсию. Вместе семьей в 1957 году он уехал в Польшу. Но спокойная жизнь продолжалась недолго. У первого секретаря компартии Польши Владислава Гомулки оказалась на удивление короткая память: тот факт, что в Польше погибло более трех миллионов евреев, из них полтора миллиона — в самом страшном немецком концлагере Освенциме, не помешало ему объявить еврейскую общину в стране «пятой колонной», чрезвычайно опасной для государства. В стране началась антинациональная кампания: сносились памятники жертвам нацизма, исключались из высших учебных заведений студенты этой национальности, увольнялись рабочие и служащие. Естественно, под раздачу попал и Леопольд Домб (под этим именем Треппер жил в Польше). Он хотел выехать из страны, но ему запретили по причинам «государственной безопасности». Видимо, по этим же причинам Леопольда и членов его семьи постоянно допрашивали, а в доме регулярно проводились обыски. И только через шесть лет вмешательство специально созданных комитетов в Швейцарии, Бельгии, Великобритании и Дании по вызволению Треппера из Польши помогло решить проблему. Треппер уехал в Израиль и последние годы своей жизни посвятил поискам оставшихся в живых участников «Красной капеллы». Он умер в 1982 году.

PS: Когда из жизни уходят люди, имевшие отношение к государственным тайнам, иногда даже близкие поражаются количеству наград, которыми, оказывается, была отмечена их деятельность. В случае с Лепольдом Треппером поражает другое — он вообще не имел наград...

Лариса Кабанова

 


Для того, чтобы оценить статью или добавить комментарий, пожалуйста, введите свои логин и пароль или зарегистрируйтесь.


Наверх  Оглавление раздела    Предыдущая статья  Следующая статья