Ваш логин:
Ваш пароль:

Регистрация
запомнить меня
Забыли пароль?
На главную
Обратная связь
Карта сайта
Хроника COMSTAR Новости рынка Индекс
ИНТЕРВЬЮ >> ВЫСШИЙ ПИЛОТАЖ

Алена Хмельницкая считает конкуренцию в творческой семье непродуктивной

Родившись в семье артистов балета Большого театра, Алена (Елена) Хмельницкая, как и любая другая девочка на ее месте, с раннего детства мечтала стать балериной. Но жизнь распорядилась иначе. Увлекшись театром, Алена оказалась на сцене, но не балетной, а драматической. И не ошиблась.

Собственный выбор в искусстве, сделанный Еленой осознанно, оказался правильным — он принес ей не только всенародную известность и зрительскую любовь, но и судьбоносную встречу с Тиграном Кеосаяном, режиссером, продюсером, шоуменом.

Как и когда у вас произошел выбор между сценой балетной и драматической?

Не могу сказать, что была фанатично влюблена в балет. А без очень сильных чувств в этом искусстве делать нечего. Я не понаслышке знала, каким трудом дается танцовщику номер, который длится всего несколько минут, с какими серьезными травмами и напряжением сил связана эта профессия.
Хотя в раннем детстве я говорила родителям, что хочу стать балериной, но довольно быстро выяснилось, что у меня неподходящая конституция. Сейчас каноны классической балетной комплекции сильно изменились, но в те годы моя мама при росте 1,64 метра считалась высокой. Хрупкостью и низким ростом я не отличалась. Тем не менее меня водили год в подготовительный класс балетного училища. Но я бурного энтузиазма не проявляла, и родители не настаивали на моем дальнейшем обучении. По всей видимости, мама с папой, будучи профессионалами, видели, что у меня нет ни особых данных для балетной карьеры, ни сильного желания выкладываться на тысячу процентов в балетном классе. Я считаю, их молчаливое согласие на прекращение занятий было очень мудрым и дальновидным. Это помогло мне двигаться своим путем, а не повторять судьбу родителей.

Когда появилась идея поступать в театральный институт?

В 10 лет я оказалась с мамой в театре «Ленком», где они с Владимиром Васильевым ставили хореографию «Юноны и Авось». Вот тогда-то я и «заболела» театром. Мне безумно захотелось выступать на драматической сцене. Поэтому к выбору профессии я подошла очень осмысленно. А когда пришло время, очень серьезно стала готовиться к поступлению в театральный институт. И поступила. Уже на втором курсе прошла огромный конкурс во второй состав на роль Кончиты. В тот самый спектакль, в который я влюбилась 10 лет назад! Так я стала актрисой «Ленкома». Думаю, по сравнению с другими дебютантками мне было намного сложнее, потому что меня все артисты театра помнили ребенком, и я очень боялась оплошать. Но, к счастью, все прошло довольно гладко.

Как актрису кино вас знают гораздо больше, чем театральную. Что вы любите больше — съемочную площадку или драматическую сцену?

Кино действительно приносит известность. В театре, к примеру, есть много очень талантливых актеров, они могут по 40 лет играть второстепенные роли и быть мало кому известными. Жизнь в театре, в общем-то, полна особого драматизма. Мне ближе антреприза. Она более мобильна, позволяет органично встраивать репетиции и спектакли в свою повседневную жизнь, в которой помимо театра есть муж, дочь, родители, бабушка, подруги.

Жизнь свободного художника предполагает огромную занятость в моменты подъема и полный простой при отсутствии предложений. Как вы переживаете творческие паузы?

Они бывают. И это часть жизни. Например, один из самых тяжелых моментов, когда моя актерская жизнь была буквально поставлена под угрозу, — время рождения дочки Саши. Это был 1994-й год, кино почти не снимали. Тогда я нашла утешение в ребенке. В это смутное время друзья предложили мне стать директором модного бутика. В мои обязанности входил в том числе и подбор коллекции одежды. Я с радостью ухватилась за идею попробовать себя в таком необычном амплуа. Это было лучше, чем сидеть дома в надежде на звонок с предложением роли. Ожидание было просто невыносимо. Целых три года моими стараниями бутик благополучно существовал. Я ездила по миру, закупала одежду. В этом тоже было творчество. Другое дело, что потом начиналась рутина с подсчетом прибылей, распродажей остатков и прочими хозяйственными проблемами, которые особой радости мне не приносили. Но то, что магазин работал три года и не разорился, до сих пор льстит моему самолюбию. А потом посыпались приглашения в кино, и с бутиком я распрощалась.
Второй длительный простой совпал с окончанием строительства нашего загородного дома. Тогда я решила направить всю свою творческую энергию на его обустройство и отделку. Лично обошла все московские строительные рынки! Мне приятно, когда люди приходят в наш дом и говорят, что здесь уютно. Это в буквальном смысле слова моих рук дело.

Вы часто говорили, что не мыслите своей жизни без суеты большого города. Значит ли это, что с переездом на Рублевку ваши представления о душевном комфорте изменились?

Ни в коем случае. Я действительно городской человек, и мне нравится мегаполис, где я и провожу большую часть своего времени. Правда, дорога из дома и обратно по пробкам получается несколько утомительной, но к этому мы все уже привыкли. Я не считаю себя загородным жителем, потому что мой образ жизни практически не претерпел изменений. Другое дело, что мы стали чаще приглашать гостей, которые могут приехать вечером и комфортно у нас переночевать почти в любом количестве. Для занятых людей это очень важно. Каждый из членов семьи тоже имеет собственные просторные комнаты, где можно уединиться и поработать, почитать и просто отдохнуть друг от друга. Во время напряженных съемок это довольно важно.

Алена Хмельницкая

Родилась 12 января 1971 года. В 1992 году окончила Школу-студию МХАТ, где занималась в мастерской И. М. Тарханова. Актриса Московского театра «Ленком». В 1994 году вела телепередачу «Утренняя почта». В кино дебютировала в 1991 году, снявшись в фильме «Дом свиданий». Известность актрисе принесла приключенческая мелодрама «Сердца трех» (1992). Среди фильмов с ее участием — «Арбитр», «Рождественская сказка», «Президент и его внучка», телесериалы «Империя под ударом», «Марш Турецкого», «Остановка по требованию-2». Из последних работ — картины «Ландыш серебристый» (2001), поставленный режиссером Тиграном Кеосаяном, сериал «Русские амазонки» (2003) Исаака Фридберга, «Заяц над бездной» (2006) Тиграна Кеосаяна.

Вы сами занимаетесь дочкой, не прибегая к услугам няни. Почему?

Я занимаюсь Сашей, потому что у меня есть желание и возможность уделять своему единственному ребенку максимум внимания. Не думаю, что это патология. Просто мне это безумно нравится. Меня никто не заставляет отказываться от каких-то своих планов и жертвовать собой ради семьи. Мне кажется, я уделяю ребенку, мужу и работе оптимальное время.

Во многих интервью вы говорите, что дружите с известными актрисами — Оксаной Фандерой, Катей Семеновой, другими красивыми и успешными женщинами. Присутствует ли у вас соревновательный момент в отношениях с подругами?

Нет. Мы же давно дружим и искренне радуемся успехам друг друга. Я не считаю, что имеет смысл завидовать людям. Что твое — придет само, а что досталось другому человеку — значит, ему предназначено.

Считается, что актрисы очень много внимания уделяют заботе о внешности. Ваша красота рукотворна или же это природный дар?

Природные дары надо сохранять и поддерживать. Иначе довольно быстро от них остаются лишь воспоминания. Лет с 16 я перманентно худею. Наверное, нет такой диеты, которую бы я не попробовала. Но сейчас вместо жестких диет я предпочитаю правильное питание: максимум зелени и овощей, ничего сладкого и практически ничего мясного. Из белковых продуктов изредка я позволяю себе нежирную рыбу. Ну и, естественно, спорт. Хожу в бассейн, фитнес-клуб два раза в неделю. Очень люблю групповые занятия под музыку, а вот тренажеры меня утомляют.

А какие наиболее рискованные эксперименты вам доводилось проводить в своей актерской биографии?

Пожалуй, самое экстремальное развлечение, которое я себе позволила, — это выполнение фигур высшего пилотажа во время съемок сериала «Русские амазонки». Мы летали много и до того дня, но на предложение полететь на самолете, выполняющем бочку, мертвую петлю и другие вещи, на которые даже с земли страшно смотреть, согласилась из актрис только я. Более того, меня снимали, когда я летела вторым пилотом с мастером первого класса. Это было что-то незабываемое. К тому же мне пришлось попросить летчика повторить эти фигуры дважды. В первый раз у меня было такое детское выражение лица, которого у моей героини — мастера спорта, просто не могло быть. Во второй раз я взяла себя в руки и держалась «по-взрослому». Естественно, мужу о своих подвигах я ничего не сказала. Но это было очень сильное ощущение.

Сейчас в театре и кино довольно много откровенных сцен, акцентирующих интерес зрителя не на душевных переживаниях героев, а на физиологических подробностях. Как вы относитесь к участию в таких проектах?

В большинстве случаев, мне кажется, постельные сцены или сцены с участием обнаженных героев совершенно никакой смысловой нагрузки не несут и действительно преподносятся зрителю в качестве «клубнички». Я не испытываю никакого желания преподносить себя зрителю в качестве этой «клубнички». Конечно, бывают моменты, когда такая сцена по сюжету важна, но и ее можно снять не пошло. Например, у нас с Сашей Домогаровым в картине «Марш Турецкого» была сцена, которую, правда, постельной не назову, хотя дело было как раз в постели. Мы просто лежали под одеялом и разговаривали «после».

А как ваш супруг относится к подобным сценам?

Мы с Тиграном сцены ревности друг другу не устраиваем. Это ведь составляющая профессионализма — включиться, когда работает камера, и выключиться, когда все снято.

Вы замужем за успешным кинорежиссером и живете в роскошном доме на Рублевке. А были ли у вас когда-нибудь финансовые сложности? Как вы их преодолевали?

Самым трудным был год рождения нашей дочки. Ужасное безденежье, из которого мы с большими трудностями выкарабкивались. Кино тогда не снимали, и Тигран выживал за счет клипов. Мне же пришлось заниматься коммерцией. К счастью, этот период продлился не очень долго. А что касается дома на Рублевке, то он — одно из самых удачных и прибыльных приобретений за всю нашу совместную жизнь. Ведь буквально за два дня до кризиса 1998-го года мы продали квартиру моей бабушки на Проспекте мира. Когда все нормальные люди рвали на голове волосы от того, что их сбережения обесцениваются, наша выручка от этой сделки многократно увеличилась из-за резкого скачка рубля к доллару. Как раз в это время позвонил наш друг Александр Лазарев-младший, он предложил дивный участок, соседний с его домом. Мы тут же приняли это предложение. И очень довольны — на деньги, вырученные от продажи квартиры, сейчас можно было бы купить едва ли три сотки земли в нашем поселке.

Ваше знакомство с Тиграном произошло благодаря рекламному ролику. А долго ли ему пришлось за вами ухаживать?

У нас все получилось стремительно. Почему-то мы оба восприняли наши отношения всерьез. Наверное, поэтому и его родители отнеслись ко мне очень тепло.

Вы живете в браке с восточным мужчиной. Как проходил у вас процесс притирки?

Мы так быстро поженились, что я вообще ничего не помню про притирку. Сразу было очевидно, что это судьба.

В актерских семьях супруги часто соревнуются друг с другом, кто более успешен…

У нас этот вопрос решен давно: я не пытаюсь соревноваться с Тиграном. Это не продуктивно. Каждый из нас развивается в своем направлении, мы радуемся друг за друга, когда удается затеять новый интересный проект и довести его до ума. Конечно, бывают неудачи. И это нормально.

Тигран далеко не в каждой своей картине находит роль для вас. Не обидно?

Тигран не только мой муж, но и настоящий профессионал, поэтому он предлагает мне работать у него при одном условии — если в сценарии видит мою роль. Я с удовольствием иду на творческие эксперименты, но не вижу смысла сейчас играть лишь бы кого. И потом Тигран не единственный режиссер на свете. Я получаю приглашения от других мастеров кино, и это мою самооценку поднимает даже больше, чем любезное приглашение мужа сняться в его картине. Ведь даже если я абсолютно попадаю по типажу своей героини, зритель невольно принижает мою работу, потому что ее снимал мой муж. Не вижу ничего плохого в том, что появляюсь не в каждой картине Тиграна.

Где мы увидим вас в ближайшее время?

В телевизионном 8-серийном фильме «Сыщик Путилин» режиссера Сергея Газарова, снятом для Первого канала. Не хочу называть эту работу сериалом, потому что сериал — это серий сто, снятых поточным методом. Сценарий этого фильма основан на событиях, которые происходят в конце XIX — начале XX века.
А вторая моя работа — арт-детектив «Оплачено смертью» режиссера Дмитрия Брусникина. Сюжет закручен вокруг предметов искусства. Герои постоянно «кочуют» в разные эпохи и страны. По моим ощущениям, фильм получился очень ярким. Пока не знаю, когда он будет показан, но с нетерпением жду премьеры.
Еще одна моя работа — антрепризный спектакль «Замок», который выпустила в театре Вахтангова в качестве режиссера моя подруга Даша Михайлова. Это спектакль по пьесе «Замок в горах» Франсуазы Саган. Для меня было очень интересно сыграть всю гамму человеческих взаимоотношений вне социального и временного контекста.

Вы бы хотели, чтобы Саша продолжила вашу династию и стала актрисой?

Думаю, что Саша сама определится в этом вопросе. Пока Тигран предлагает ей сниматься, но она отказывается. Понимает, какая это ответственность. Тянуть ее в свою профессию мы не будем. Конечно, карьера актрисы — это не балетная карьера с ее немыслимыми нагрузками, но для девушки есть более стабильные и предсказуемые сферы профессионального приложения. Пока в этом вопросе у нас определенности нет. Время покажет.

Марина Долина

 


Для того, чтобы оценить статью или добавить комментарий, пожалуйста, введите свои логин и пароль или зарегистрируйтесь.


Наверх  Оглавление раздела    Предыдущая статья  Следующая статья