Ваш логин:
Ваш пароль:

Регистрация
запомнить меня
Забыли пароль?
На главную
Обратная связь
Карта сайта
Хроника COMSTAR Новости рынка Индекс
НЕБО >> ЛЕГКИЕ ЛЮДИ

Парашютный спорт делает мир трехмерным

...Я сижу на коленях у незнакомого мужчины. Периодически он наклоняется ко мне и что-то шепчет на ухо, но из-за волнения я практически не разбираю слов. Про этого человека я знаю только, что его зовут Юра, что он потрясающе сложен и у него пронзительной синевы глаза. Рядом стоит мой муж, держа на руках нашего сына. Они оба смотрят на меня и оба улыбаются - радостно и одобрительно.

Вы, наверное, думаете, что сейчас последует фраза «и в этот момент я проснулась», но не тут-то было. Муж с сыном уходят, я остаюсь. В голове - пустота и назойливым набатом одна мысль: «Зачем я все это затеяла?» Пытаюсь успокоиться, и словно через вату до моего сознания добирается голос Юры: «Все помнишь? Главное - сразу лечь и расслабиться». Я киваю, хотя отлично понимаю, что расслабиться точно не получится.

Падение

Похоже, пора объяснить, что сидим мы в самолете, Юра на языке парашютистов называется «тандем-мастером», и я собираюсь совершить свой первый в жизни прыжок. Самолет заполняется бодрыми парашютистами, которые организованно и деловито рассаживаются на полу, ревут моторы, и я понимаю, что обратного пути уже нет. Ко мне наклоняется веселый человек в желтом комбинезоне и с двумя камерами на шлеме. Это Дима Балашов, оператор, который будет фиксировать все подробности моего подвига - очень уважаемый в парашютном мире человек. Пройдет немного времени, и мы станем друзьями. Я узнаю, что Дмитрий Балашов - мастер спорта СССР, неоднократный рекордсмен России, что у него за спиной - более 4000 прыжков. А пока, перекрикивая шум мотора, он напоминает, что я должна улыбаться, иначе щеки будет раздувать ветром. «Не сможешь хвастаться фотографиями, некрасивая будешь».

Время от времени Юра подносит к моим глазам так называемый высотник - похожий на огромные часы прибор. Его стрелка неумолимо приближается к отметке в 4000 метров. Мы будем прыгать с 4500. С каждым набранным метром я понимаю, что не было в моей жизни человека ближе, чем Юра.

Самолет постепенно пустеет. Мне с моего места отлично видно рампу и исчезающих в ней парашютистов. Каждого из них я провожаю - буквально - остановкой сердца. Вот вышел последний, нет, в языке парашютистов нет этого слова, они говорят «крайний», парашютист. Помахал ободряюще кулаком над головой - типа No pasara! - и исчез.

«Ну, пошли», - говорит мне Юра, и мы медленно подходим к рампе, где уже висит, направив на нас обе свои камеры, веселый Балашов.

Еще на земле, во время обязательного инструктажа, мне объяснили, что тандем-пассажир, то есть я, ничего делать не должен. Его задача просто расслабиться и упиваться новыми, неземными ощущениями. После прохождения инструктажа мне предложили расписаться под типовой формой заявления, в котором я брала все возможные риски на себя.

И вот я стою практически на краю бездны, делать мне - как и предписывается инструкциями - ничего не хочется. Также мне не хочется брать на себя все возможные риски, а хочется закричать во все горло: «Не надо! Я передумала!» Но от меня уже ничего не зависит, крик застревает в горле, и мы проваливаемся в ревущую пустоту. Проходят какие-то отчаянно-тягучие мгновения, во время которых я не понимаю, где у меня руки, ноги, голова, а также я не могу вспомнить, как обычно дышу. Однако спустя какое-то время мне удается открыть глаза, и я понимаю, что действительно лечу, раскинув руки, словно огромная нелепая птица. Рядом летит Балашов, и жестами уговаривает меня улыбнуться, а мой небесный покровитель Юра кричит на ухо, что жизнь прекрасна. Возможно, он кричит что-то другое, но я слышу, именно то, что жизнь прекрасна.

Эта минута свободного падения со скоростью около 180 км/час кажется бесконечной. Страх прошел, но обнаружилось одно бытовое неудобство - не послушалась я Балашова, не смогла сразу начать улыбаться, вот и трепыхаются мои щеки по ветру, и дышать тяжело от застрявшего в горле крика.

Не успела я освоиться в этом стремительном падении, как Юра открыл парашют, и мне показалось, что мы вопреки законам физики стремительно взмыли вверх. Это только потом я поняла, что мы-то открылись, а Балашов - нет и еще какое-то время продолжает нестись к земле со скоростью Ferrari.

Еще на земле, во время обязательного инструктажа, мне объяснили, что тандем-пассажир, то есть я, ничего делать не должен. Его задача просто расслабиться и упиваться новыми, неземными ощущениями

А для меня наступили дивные минуты тишины. Странное дело - до земли осталось 1500 метров, но внезапно обрушившаяся на меня абсолютная тишина дарит ощущение такого покоя и безмятежности, что кажется, будто я нахожусь в самом безопасном месте на свете. Земля приближается медленно и величественно. Юра, как заправский экскурсовод, разводит руками: «Справа - канал имени Москвы, прямо по курсу - Волга, слева - Дубна». Мы прыгаем на закате, и все вокруг обласкано таким невероятным светом, какой бывает только вечером того самого жаркого летнего дня, когда ты впервые прыгаешь с парашютом. Так проходит около пяти минут, я уже различаю людей на аэродроме, стоящих, задрав головы. Вижу мужа и сына, они машут нам руками. Юра дает команду: «Садимся!» Я должна поджать ноги и ждать, пока он посадит наш героический дуэт. Тандемы садятся своеобразно - для удобства и безопасности пассажиров инструктор буквально садится на пятую точку, как бы «подстилаясь под клиента». Мы садимся, и первое, абсолютно инстинктивное мое желание - это броситься на шею - нет, не к подбегающему мужу, а к этому удивительному человеку, про которого я знаю только, что его зовут Юра, что он потрясающе сложен и у него пронзительной синевы глаза.

К истории вопроса

Надо все-таки объяснить, почему я, мать двухлетнего сына и абсолютно здравомыслящая женщина без признаков адреналинового голодания, решилась на прыжок. Дело в том, что за год до описываемых событий мой спокойный и уравновешенный муж забросил свой субботний баскетбол с друзьями, купил парашютную систему (недешевое, к слову сказать, удовольствие, вполне сопоставимое с ценой годовалых «Жигулей») и каждые выходные стал пропадать на аэродроме. Естественно, я заподозрила неладное, когда у него стали обнаруживаться все признаки влюбленности: он стал мало спать, беспричинно улыбаться и замирать, мечтательно глядя на небо. У мужа не хватало красноречия для того, чтобы объяснить мне, что же с ним происходит, что за сила поднимает его каждую субботу в 6 утра и влечет за 150 км от Москвы. Когда мое недоумение сменилось тревогой, мне стало понятно, что прыгнуть нужно.

Скажу сразу, что единственный прыжок помог найти ответы на все так волновавшие меня вопросы. Целую неделю после этого события меня не оставляло пьянящее ощущение полета и появились все описанные выше признаки влюбленности - разве что спать я не стала меньше. Так парашютный спорт вошел в мою жизнь. Звучит крайне торжественно, особенно принимая во внимание, что прыжок был единственным. Но главное в том, что в моей жизни появились люди, многих из которых я могу назвать друзьями. Оказалось, что парашютисты - совершенно особенные люди. Внимательно присматриваясь к ним во время «земных» встреч, я все пыталась понять, что же отличает этих летающих людей от нас, жителей земли. И вот что я заметила. Парашютисты - народ очень дружелюбный. Основной посыл людей на аэродроме - «ты в кругу друзей», и этот принцип проецируется на обычную, «земную» жизнь. Также, по моим наблюдениям, еще одной яркой чертой парашютистов является исключительная чадолюбивость. Среди наших новых друзей-парашютистов мало у кого меньше двоих детей, а у одного - целых четверо, что, согласитесь, по нашим временам до некоторой степени экстремально. Вообще-то, несмотря на то что парашютисты в большинстве своем люди состоявшиеся, успешные и уравновешенные, в мирской жизни они не могут обойтись без экстрима. Так, сотрудник управления делами президента Дмитрий Балашов, к примеру, сам принимал у жены роды.

Поначалу со мной происходило то, что можно назвать «синдромом жены парашютиста». Я все время пыталась найти женщин со схожими проблемами. Однажды собралась поделиться своими переживаниями с одной девушкой на аэродроме. Я знала про нее, что они с мужем работают вместе - оба нотариусы, что у них двое детей, что муж давно увлечен парашютным спортом... Когда я начала расспрашивать ее, как же она мирится с этим увлечением мужа, она мне сказала: «Да спокойно, у меня самой 600 прыжков». Тут я поняла, что это действительно другой мир, и эти люди живут, как бы это сказать, - в другом измерении. Недаром же они говорят, что парашютный спорт позволяет сделать мир трехмерным.

Если тянет в небо
Сегодня для того, чтобы приобщиться к миру «небожителей», необходимо пройти курс AFF (Accelerated Free Fall). Курс состоит из десяти прыжков, из которых один - в тандеме, остальные - под контролем двух опытных инструкторов. Курс обойдется приблизительно в $1500, зато по прохождении AFF «студент» получит навыки, которыми раньше обладал спортсмен-перворазрядник. Однако это не единственный путь. На аэродроме мне рассказали историю о девушке, которая уже не один год каждый месяц приезжает прыгать «тандем». На вопрос, почему бы ей не пройти AFF, ведь это гораздо дешевле, она отвечает, что солидные люди и по городу передвигаются на машине с водителем, не говоря уже о небе. Пройти курс AFF можно на любой подмосковной дроп-зоне:
Аэроград «Коломна»
Московская область,
г.Коломна, 113 км от МКАД
по Новорязанскому шоссе
«Ступино»
Московская область,
г.Ступино, 84 км от МКАД
по Новокаширскому шоссе
«Киржачи»
Владимирская область,
г.Киржач, аэродром летно-
испытательного комплекса
НИИ парашутостроения
100 км от МКАД
по Щелковскому шоссе
Воздушные дисциплины
Парашютизм - явление стремительно меняющееся. Этот вид спорта действительно похож на небо. Являясь откровенно техническим, он очень быстро меняется, постоянно обрастая новыми дисциплинами. Основными являются:
классический парашютный спорт - двоеборье, включающее в себя прыжки на точность приземления (поражение мишени радиусом 3 см) и выполнение фигур в свободном падении
RW (relative work) - групповая акробатика - построение фигур командой парашютистов в свободном падении. Мировой рекорд - построение формации из 400 парашютистов. Этот рекорд был установлен в Бангкоке в прошлом году
СRW (cannopy relative work) - построение фигур командой с раскрытыми куполами. Это более опасная разновидность акробатики, так как есть вероятность сцепления раскрытыми куполами
free style - артистическая дисциплина, «балет» в свободном падении. Включает обязательную и произвольную программы
free fly - «свободный полет» - современный вид артистического парашютирования
swoope - пилотирование высокоскоростных куполов, выполнение акробатических прыжков и трюков. Сравнительно молодая дисциплина парашютного спорта
sky surfe - прыжки с лыжей и выполнение фигур в свободном падении
wing suit - дословно «костюм-крыло». Специально сконструированные аэродинамические костюмы с перепонками-крыльями гасят вертикальную и увеличивают горизонтальную скорость полета. Прыжки в вингсьютах - дисциплина крайне опасная, требующая большого опыта и специальных навыков
ваsе - бейс-джампинг. ВАSЕ (Building, Antenna, Span, Earth) - это аббревиатура состоит из названий объектов, с которых совершаются прыжки, а именно: здания, антенны, мосты и скалы. Считается, что настоящий бейсер должен прыгнуть со всех этих высот. Это наиболее экстремальный вид парашютных прыжков, поскольку, во-первых, бейсовая парашютная система не предусматривает запасного парашюта, а во-вторых, велика вероятность столкновения парашютиста с объектом, на котором находится точка отрыва. Вообще говоря, классические парашютисты просто считают бейс-джампинг другим видом спорта. Они говорят: «скайдайв - опасно, бейс - экстремально»
Небесные казусы
До недавнего времени в парашютном спорте любые смешанные команды считались мужскими. Если бы я писала эту статью для женского журнала, то, естественно, здесь последовала бы гневная тирада о мужском шовинизме в молодом и стремительно развивающемся виде спорта. «Чистой» по половому признаку могла считаться команда, состоящая из одних женщин.
В дисциплине «скайсерф» («прыжки с лыжей»), как и во всех артистических дисциплинах, команда всегда состоит из двух человек - непосредственно «перформера», то есть спортсмена, выполняющего программу в свободном падении, и оператора, фиксирующего все это на пленку, ведь результаты всегда оцениваются на земле. В этих дисциплинах женщинам-перформерам разрешили брать в команду операторов-мужчин. Так, оператором Марии Рябиковой, всемирно известной спортсменки, занимающейся скайсерфом, стал Василий Родин.
Их пара получила мировой чемпионский титул, но в женском зачете. Так Василий Родин стал чемпионом мира среди женщин. Понятно, что если бы эта статья писалась для женского журнала, здесь последовал бы ехидный комментарий о торжестве справедливости. К тому же надо отметить, что сменившая Василия Родина на посту оператора Виктория Демидова работает не хуже.

Екатерина Сошникова

 


Для того, чтобы оценить статью или добавить комментарий, пожалуйста, введите свои логин и пароль или зарегистрируйтесь.


Наверх  Оглавление раздела    Предыдущая статья  Следующая статья